Дружба легенды советского кино Владимира Зельдина и прославленного танцовщика, «чародея танца» Махмуда Эсамбаева длилась более полувека. Их знакомство началось на съемочной площадке фильма Ивана Пырьева «Свинарка и пастух», ставшегося и для Зельдина, и для Эсамбаева кинодебютом.

Эсамбаев, приехавший в 17 лет в Москву, подрабатывал на «Мосфильме». В картине Пырьева ему досталась роль друга дагестанского пастуха Мусаиба, которого играл Зельдин. В сцене, когда Зельдин идет по аллее Выставки Достижений Народного Хозяйства и сталкивается с Глашей, их окружают горцы, друзья Мусаиба. Одним из них как раз и был Махмуд Эсамбаев.







В одном из своих интервью Владимир Зельдин рассказывал, как режиссер картины Иван Пырьев все время командовал: «Не высовывайтесь! Не смотрите в киноаппарат!» Это он обращался к Махмуду, который то и дело выглядывал из-за плеча, стараясь попасть в кадр. Все хотел, чтобы его заметили - наивный, смешной, веселый парень в черной черкеске»,- рассказывает Зельдин.

Однажды в перерыве между съемками Зельдин отправил юного Эсамбаева за лимонадом - актера мучила жажда, а самому бежать было некогда. Дал Махмуду 15 копеек. Тот с удовольствием побежал исполнять поручение, но принес вместо одной бутылки две - как истинный кавказец проявил уважение. Так и началась дружба двух легендарных людей. Впоследствии, когда Эсамбаев стал великим танцором, он, ради шутки все припоминал Зельдину времена, когда тот «гонял его за бутылкой», говорил, что Зельдин должен ему 15 копеек...




Зельдин не раз подчеркивал, что всегда с уважением относился к кавказцам, никогда не скрывал, что у него много кавказских друзей - азербайджанцев, грузин, дагестанцев, чеченцев и т.д. «Еще со студенческих лет любил черкеску, папаху, сапоги эти, мягкие и скользящие, и вообще народам Кавказа симпатизировал, - рассказывал Зельдин. - Мне очень нравится их играть, это удивительно красивые, необыкновенно музыкальные, пластичные люди. Когда я играю, я чувствую этот кавказский дух. Я неплохо знаю их традиции и хорошо, органично себя чувствую в их национальной одежде. Мне даже поклонники как-то подарили все это «кавказское обмундирование».




А однажды Махмуд Эсамбаев преподнес Зельдину свою знаменитую серебристую папаху, которую он носил на людях, не снимая, и которая стала неотрывной частью повседневного образа его владельца. Если знать, что эта папаха значила для Эсамбаева - можно сказать, что он сделал Зельдину по-настоящему царский подарок, оторвал от сердца.




Почему Эсамбаев никогда не снимает папаху, было предметом бесконечных шуток, разговоров. А ответ прост - такая традиция, горский этикет: кавказский мужчина никогда не обнажает головы. Зельдин в связи с этим отмечал, что Махмуд был «удивительным хранителем национальной культуры».

Сам же Эсамбаев в шутку говаривал, что даже в постель кавказский мужчина ложится в папахе. Махмуд Эсамбаев стал единственным человеком, которому в СССР разрешили на паспорт сфотографироваться в традиционном головном уборе. Настолько сильным было уважение к нему. Эсамбаев никогда ни перед кем - ни перед президентами, ни перед королями, не снимал своей папахи. А на 70-летие Зельдина сказал, что снимает папаху перед его талантом и подарил ее со словами, что дарит самое дорогое, что у него есть.

В ответ Зельдин станцевал Эсамбаеву лезгинку. И с тех пор актер хранил подарок дорогого друга, иногда надевал на концерты.



За яркую жизнь много подарков от известных людей получал Зельдин. Была у него уникальная двустволка с дарственной гравировкой от маршала Жукова, картина «Дон Кихот», которую специально для Зельдина написал Никас Сафронов, икона из испанской Ла-Манчи, всевозможные ордены - три ордена Трудового Красного Знамени, орден Дружбы, орден испанского короля Хуана Второго — за сто пятидесятый спектакль „Человек из Ламанчи“ в год 400-летия Сервантеса». Но самым дорогим и душевным подарком всегда оставалась Эсамбаевская папаха…

Зельдин всегда считал Эсамбаева великим человеком. «Махмуд - это человек, посланный нам небом. Это - человек-легенда. Но эта легенда реальная, легенда самых ярких поступков, им проявленных. Это не только душевная щедрость. Это - потребность помогать делать добро. Вытаскивать человека из самых невероятных ситуаций. Огромная роль примера существования и ощущения жизни. Махмуд - великий человек потому, что, несмотря на свое величие, он видел человека, он мог его слушать, помогать, обласкать словом. Это человек добра.




Когда он мне звонил, без всяких предисловий начинал петь «Песню о Москве»: «И в какой стороне я ни буду, по какой ни пройду я траве...» Он не просто приходил в дом — он врывался. Устраивал из своего прихода целое представление... Красивый человек (идеальная фигура, осиная талия, осанка), он и жил красиво, превращая свою жизнь в живописное шоу. Красиво угощал, красиво ухаживал, говорил, красиво одевался. Шил только у своего портного, готового не носил ничего, даже обуви. И всегда ходил в папахе.

Махмуд был чистой воды самородок. Нигде ведь не учился, даже школу среднюю не закончил. Но природа была богатейшая. Невероятная трудоспособность и невероятное честолюбие, желание стать мастером... Залы на его выступлениях были переполнены, он имел огромный успех, и по всему Союзу, и за рубежом... А человеком был открытым, необыкновенной доброты и широты. Жил на два города — в Москве и в Грозном. В Чечне у него был дом, там жили его жена Нина и дочь... Когда Махмуд приезжал в Москву, его двухкомнатная квартира на Пресненском Валу, куда и мы часто приезжали, сразу наполнялась друзьями. И народу там помещалось Бог знает сколько, сесть было негде. А хозяин встречал вновь прибывших гостей в каком-нибудь немыслимо роскошном халате. И все тут же ощущали себя у него как дома: политики, люди эстрады, театра, его поклонники. В любой компании он становился ее центром... Мог все вокруг себя взбаламутить и всем доставить удовольствие...»

В последний раз Владимир Зельдин появился в папахе на праздновании 869-летия Москвы в сентябре этого года на День города, главной темой которого стал Год кино. Этот выход стал заключительным аккордом в многолетней дружбе двух легендарных артистов.




И для горца, и для казака папаха - это не просто шапка. Это предмет гордости и чести. Папаху нельзя обронить или потерять, ей казак голосует на кругу. Лишиться папахи можно только вместе с головой.

Не просто шапка
Папаха - это не просто шапка. Ни на Кавказе, откуда она родом, ни у казаков папаха не считается рядовым головным убором, задача которого только сохранять тепло. Если посмотреть на поговорки и пословицы о папахе, то уже можно многое понять о её значимости. На Кавказе говорят: "Если голова цела, на ней должна быть папаха", "Папаху носят не для тепла, а для чести", "Если тебе не с кем посоветоваться – посоветуйся с шапкой". У казаков и вовсе ходит поговорка, что две самые важные для казака вещи - это шашка и папаха.
Снимать папаху разрешено только в особых случаях. На Кавказе - практически никогда. Нельзя снимать папаху, когда кого-то о чем-то просят, единственное исключение - когда просят прощения кровной мести. Специфика папахи в том, что она не позволяет ходить с опущенной головой. Она как будто сама "воспитывает" человека, заставляя его "не гнуть спины".

В Дагестане была также традиция делать при помощи папахи предложение. Когда юноша хотел свататься, но боялся делать это открыто, то мог закинуть папаху в окно девушке. Если папаха долго не вылетала обратно, то молодой человек мог рассчитывать на благоприятный исход.
Серьезным оскорблением считалось сбить папаху с головы. Если же в пылу спора один из оппонентов сбрасывал папаху на землю, то это значило, что он готов стоять до самой смерти. Потерять папаху можно было только с головой. Именно поэтому в папахах часто носили ценные вещи и даже драгоценности.

Забавный факт: Известный лезгинский композитор Узеир Гаджибеков, отправляясь в театр, покупал два билета: один для себя, второй – для папахи.
Махмуд Эсамбаев же был единственным депутатом Верховного совета СССР, которому разрешалось сидеть на заседаниях в головном уборе. Рассказывают, что Леонид Брежнев, перед выступлением оглядывая зал, видел папаху Эсамбаева и говорил: "Махмуд на месте, можем начинать".

Виды папах


Папахи бывают разные. Они различаются как по виду меха, так и по длине ворса. Также в разных полках различаются виды вышивки верха папах.До Первой мировой папахи чаще всего шили из меха медведя, барана и волка, эти виды меха лучше всего помогали смягчить сабельный удар..
Также были и парадные папахи. У офицеров и подхорунжих они обшивались серебряным галуном шириной 1, 2 сантиметра.

С 1915 было разрешено пользоваться папахами серого цвета. Донское, Астраханское, Оренбургское, Семиреченское, Сибирское казачьи войска носили папахи похожие на конус с коротким мехом. Можно было носить папахи любых оттенков, кроме белого, а в период боевых действий - черного цвета. Также были запрещены папахи ярких цветов. У вахмистров, урядников и юнкеров по верху папахи была нашита крестообразная тесьма белого цвета, а у офицеров, кроме тесьмы, нашивался ещё галун по прибору.
Донские папахи - с красным верхом и вышитым на нем крестом, символизирующим православную веру. У кубанских казаков верх папахи также алого цвета. У терских-синего. В Забайкальских, Уссурийских, Уральских, Амурских Красноярских и Иркутских частях носили папахи чёрного цвета из бараньей шерсти, но исключительно с длинным ворсом.

Кубанка, клобук, трухменка
Сама слово папаха тюркского происхождения, в словаре Фасмера уточняется, что азербайджанского. Дословный перевод - шапка. На Руси слово папаха прижилось только в XIX веке, до этого шапки подобного кроя назывались клобуками. В период Кавказских войн в русский язык перекочевало и слово папаха, но в то же время по отношению к высокой меховой шапке также использовались и другие названия, образованные от этнонимов. Кабардинка (кабардинская папаха) впоследствии стала кубанкой (её отличие от папахи, прежде всего, в высоте). В донских войсках папаху долгое время называли трухменкой.

Папаха с тумаком
Все мы знаем выражение: "Надавать тумаков". Тумаком назывался пришитый к папахе клиновидный колпак, который был распространен у донских и запорожских казаков в XVI, XVII веках. Перед боем в тумак было принято вкладывать металлические пластины, которые защищали казака от шашечных ударов. В пылу схватки, когда дело доходило до рукопашной, папахой с тумаком вполне можно было и отбиться, "надавать тумаков" неприятелю.

Каракуль
Самыми дорогими и почетными папахами считаются каракулевые папахи, которые также называют "бухарскими". Слово каракуль произошло от названия одного из оазисов, расположенных на реке Зерашван, протекающей в Узбекистане. Каракулем было принято называть шкурки ягнят каракульской породы, снятые через несколько дней после рождения ягненка.
Генеральские папахи делались исключительно из каракуля.

Возвращение папахи
После революции для казаков ввели ограничения в ношении национальной одежды. Папахи заменили буденовки, однако уже в 1936 году папахи снова вернулись как элемент одежды. Казакам было разрешено носить невысокие папахи черного цвета. На сукне в виде креста нашивалсись две полосы, у офицеров золотого цвета, у рядовых казаков - черного. Спереди папах, конечно, нашивалась красная звезда.
Терские, кубанские и донские казаки получили право служить в Красной армии, и на параде в 1937 году были и казачьи войска.
С 1940 года папаха и вовсе стала атрибутом военной формы всего высшего командного состава РККА, а после смерти Сталина папахи вошли в моду у членов Политбюро.


Барашковая шапка с суконным верхом у древних славян именовалась клобук. У кавказских народов ее называли трухменка или кабардинка. Белая, черная, высокая, низкая, круглая, конусообразная... Разные времена – разные фасоны. У терских казаков эта шапка всегда называлась папахой и была важной и обязательной частью казачьей военной справы.

Из лисы и волка
В разные времена казаки носили разные фасоны папах: от высоких с конусообразным верхом до низких с плоским верхом. Донцы и запорожцы в XVI-XVII веках снабжали папахи суконным тумаком, падавшим набок в виде конуса. В него можно было вложить стальной каркас или твердый предмет для защиты головы от сабельных и позднее шашечных ударов.
Основным материалом, из которого шилась папаха, был курпей – мелкий и крупный кудрявый мех молодых барашков грубошерстных пород, как правило, черного цвета. Папахи из курпея носило подавляющее большинство казаков. Использовали также каракуль и каракульчу.
Каракуль – это шкурки, снятые с ягнят каракульской породы на первые-третьи сутки после рождения животного. Каракуль отличается густым, упругим, шелковистым волосяным покровом, образующим различной формы и размеров завитки.
Каракульча – шкурки ягнят (выкидышей и выпоротков) каракульских овец. Она имеет короткий прилегающий к мездре шелковистый волосяной покров с муаровым рисунком, без сформировавшихся завитков. Каракуль и каракульчу привозили в основном из Средней Азии, а потому папахи из этого дорогого материала носили обеспеченные казаки. Это были папахи праздничые, их еще называли «бухарскими».

Как правило, папах было несколько: повседневная, праздничная и для похорон. Была особая система ухода за ними, держали их в чистоте, защищали от моли, хранили завернутыми в чистую материю.
В условиях жаркого климата барашковая папаха носилась круглогодично. Она отлично предохраняет голову и от теплового воздействия солнечных лучей, и от переохлаждения зимой.
Намного реже встречались папахи, изготовленные из шкур медведя лисы или волка. Однако и такие встречались. Надевая такую папаху, человек показывал всем людям свои охотничьи способности, удачливость и смелость. Однако, несмотря на внешний вид, эти папахи отличались меньшей практичностью. Папаха из меха медведя была тяжелой, а под действием влаги и вовсе неподъемной, однако сабельный удар сдерживала хорошо. Папаха из лисьего меха была тонкой, быстро изнашивалась и практически переставала защищать владельца от холода и жары. Папаха из волчьих шкур была непригодна для охотников, поскольку звери издали распознавали запах волка и убегали. Кроме того, найти в горах волка было очень сложно. Овечьи стада охранялись собаками и при стычках с волками те очень сильно портили волчью шкуру.

Символ мудрости
Папаха была важнейшей частью справы казака. «Если голова цела, на ней должна быть папаха», «Папаху носят не для тепла, а для чести», «Если тебе не с кем посоветоваться, спроси совета у папахи», - эти поговорки были в ходу у казаков.
Она была таким же оберегом, как и пояс. Папаха – символ мудрости и полноправия казака, его чести, мужественности и достоинства. Папаху казак снимал только на молитве и на похоронах. Также необходимо снимать ее в хате или ином помещении, где висит икона.

Потеря казаком этого главного головного убора ассоциировалась со скорой гибелью. Вспомните слова из песни «Донская баллада»:
Ой, налетели ветры злые
Да с восточной стороны,
И сорвали черну шапку
С моей буйной головы.
Если у казака сбивали с головы папаху, это было самым большим оскорблением. А если он снимал папаху и ударял ею о землю, то это означало, что он будет стоять на своем насмерть.
В папаху часто зашивали иконки или написанные ребенком защитные молитвы. В некоторых войсках была традиция – нашивать на этот головной убор награды. Обычно это были бляхи с надписями, описывавшими, за какие заслуги был награжден полк, а это придавало папахе особую моральную ценность. За отворот этой шапки казаки часто помещали приказы или ценные бумаги. Это было самое надежное место, ведь потерять папаху можно было только вместе с головой.

По уставу
Приблизительно с середины XIX века папаху начинают применять как головной убор для всех казачьих войск и для кавказского корпуса. Уставом не был предписан ее единый вид. Казачьи войска носили папахи разнообразных вариантов, полусферические, цилиндрические, с меховым или матерчатым дном, разного цвета. Каждый носил папаху, выбранную согласно своим финансовым возможностям и фантазии. Все это дикое разнообразие продолжалось до конца XIX века, пока внешний вид папахи, как части воинской одежды, не был подробно описан в уставе. Кавказским войскам было приказано носить папахи высотой 3-4 вершка, изготовленные из бараньего меха. Мех должен быть с небольшой длиной ворса и обязательно черного цвета. Верх папахи изготавливали из сукна и окрашивали в войсковой цвет. У кубанских казаков это был алый, а у терцов были папахи синего цвета. Суконный верх папахи крест-накрест и по окружности верхушки (тумака) у офицеров обшивался серебряным галуном, а у рядовых казаков басоном.
Галун – золотая или серебряная лента, узорного ткачества, для отделки одежды и головных уборов.
Басон – шерстяная тесьма в виде узкой ленты, использовалась для отделки одежды и головных уборов.
Каждый из уходящих на службу казаков мечтал вернуться домой «с серебряными галунами на папахе», то есть дослужиться.
Папаха донских казаков была такая же, как и у кубанских. В Забайкальских, Уссурийских, Уральских, Амурских, Красноярских и Иркутских частях носили папахи черного цвета из бараньей шерсти, но исключительно с длинным ворсом. Тут можно увидеть заимствование у азиатских народов, особенно у туркмен. Туркменские папахи полусферической формы с длинной шерстью получили широкое распространение по всему среднеазиатскому региону.
Верх папахи изготавливали из четырех отрезков сукна и красили в войсковой цвет. Как элемент повседневной формы одежды использовали папахи белого и серого цвета. В передней области по центру обычно крепили кокарду георгиевской расцветки – в центре черный овал, потом оранжевый и опять черный овал. Цвет кокарды был единым для всех типов войск. В период Первой мировой войны для маскировки кокарды часто красили в защитный цвет.
Если у казачьей сотни были награды «за отличие»» то их носили над кокардой. Чаще всего знаки отличия представляли собой белую или серебряную металлическую полоску, на которой писали заслуги сотни, дату сражения или другого подвига.
В 1913 году на всей территории России серые папахи стали использовать как зимний головной убор для всех родов войск. Кавказские солдаты при утрате черных папах тоже носили серые.

Модники
Рекомендации по внешнему виду папахи зачастую не исполнялись. Нередко казаки, нарушая предписания устава, исходя из собственных вкусов, представлений и модных «трендов», шили папахи выше и пышнее, а также белые. Эти «вольности» не выглядели дурновкусием. Каждый шил папаху на заказ – ту, что была ему к лицу и мундиру, строевому и партикулярному. Так проявлялась все та же страсть к щегольству и желание выглядеть достойно.
Однако для строевой службы папахи по возможности шили уставные.
К 1920 году в моду стали входить невысокие папахи 12-15 см, расширяющиеся кверху, так называемые, «кубанки». Одна из версий появления «кубанок» говорит, что это модернизированные «венгерки», которые казаки привезли с западного фронта во время Первой мировой войны.
После победы советской власти для казаков ввели военные ограничения, не позволявшие служить в армии и носить национальную военную форму, то есть ношение папахи, как и иных составляющих казачьего мундира, расценивалось как вызов власти.

Однако после 1936 года казаки могли сражаться в рядах Красной армии в традиционной казачьей форме, в том числе, и в папахе. Согласно уставу, разрешалось носить невысокие папахи черного цвета. На сукне в виде креста нашивали две полосы: у рядовых черного цвета, у офицеров золотого. Спереди папахи посередине крепилась красная звезда.
В 1937 году Красная армия маршировала на Красной площади и впервые в ее составе были казачьи войска. Однако стоит заметить, что право служить в Красной армии получили только терские, кубанские и донские казаки. Но как головной убор папаха возвратилась не только к казакам. Начиная с 1940 года, она стала атрибутом военной формы всего высшего командного состава РККА.

| 18.11.2015

Папаха на Северном Кавказе – целый мир и особый миф. Во многих кавказских культурах мужчина, на голове которого папаха или вообще – головной убор, априори наделяется такими качествами, как мужество, мудрость, чувство собственного достоинства. Человек, надевший папаху, словно подстраивался под нее, стараясь соответствовать предмету – ведь папаха не позволяла горцу наклонить голову, а значит – и идти к кому-то на поклон в широком смысле.

Не так давно я была в ауле Тхагапш в гостях у Батмыза Тлифа, председателя аульского «Чиле Хасэ». Мы много говорили о традициях аульного самоуправления, сохранившихся у причерноморских шапсугов, а перед уходом я спросила у нашего гостеприимного хозяина разрешения сфотографировать его в парадной папахе – и Батмыз словно помолодел на моих глазах: сразу другая осанка и другой взгляд…

Батмыз Тлиф в своей парадной каракулевой папахе. Аул Тхагапш Лазаревского района Краснодарского края. Май 2012. Фото автора

«Если голова цела, на ней должна быть шапка», «Шапку носят не для тепла, а для чести», «Если тебе не с кем посоветоваться – посоветуйся с шапкой» — неполный перечень пословиц, бытующих в среде многих горских народов Кавказа.

С папахой связаны многие обычаи горцев – это не только головной убор, в котором зимой тепло, а летом прохладно; это символ и знак. Мужчина никогда не должен снимать папаху, если он кого-либо просит о чем-либо. За исключением только одного случая: папаху можно снять только тогда, когда просят о прощении кровной мести.

В Дагестане молодой человек, опасающийся открыто свататься к понравившейся девушке, когда-то закидывал в ее окно папаху. Если папаха оставалась в доме и не вылетала тотчас обратно, значит, можно рассчитывать на взаимность.

Оскорблением считалось, если у человека сбивали с головы папаху. Если же человек сам снял и оставил где-то папаху, никто не имел право трогать ее, понимая, что будет иметь дело с ее хозяином.

Журналист Милрад Фатулаев вспоминает в своей статье известный случай, когда, отправляясь в театр, известный лезгинский композитор Узеир Гаджибеков покупал два билета: один для себя, второй – для папахи.

Головные уборы не снимали и в помещении (за исключением башлыка). Иногда, снимая шапку, надевали легкую шапочку из ткани. Существовали и особые ночные шапки – главным образом у стариков. Горцы брили или очень коротко стригли голову, что также консервировало обычай постоянно носить какой-либо головной убор.

Наиболее старой формой считались высокие лохматые шапки с выпуклым верхом из мягкого войлока. Они были так высоки, что верх шапки наклонялся в сторону. Сведения о таких шапках записаны Евгенией Николаевной Студенецкой, известным советским этнографом, от стариков карачаевцев, балкарцев и чеченцев, которые сохранили в памяти рассказы отцов и дедов.

Была особая разновидность папах — лохматые папахи. Их делали из овчины с длинным ворсом наружу, подбивая их овчиной с постриженной шерстью. Таки папахи были теплее, лучше защищали от дождя и снега, стекавших в длинного меха. Для пастуха такая лохматая папаха часто служила и подушкой.

Для праздничных папах предпочитали мелкий кудрявый мех молодых барашков (курпей) или привозной каракуль.

Черкесы в папахах . Рисунок любезно предоставлен мне ученым-истрриком из Нальчика Тимуром Дзугановым.

Каракулевые папахи называли «бухарскими». Ценились также папахи из меха калмыцких овец.

Форма меховой папахи могла быть разнообразной. В своих «Этнологических исследованиях об осетинах» В.Б. Пфаф писал: «папаха сильно подвержена моде: порою ее шьют очень высокою, в аршин и более высоты, а в другое время довольно низкою, так что она немного лишь выше шапки крымских татар».

По папахе можно было определить социальный статус горца и его личные предпочтения, только «нельзя по головному убору отличить лезгина от чеченца, черкеса от казака. Все достаточно однообразно», — тонко заметил Милрад Фатуллаев.

В конце 19 – начале ХХ вв. шапки из меха (из овчины с длинной шерстью) бытовали главным образом в качестве пастушеских (чеченцы, ингуши, осетины, карачаевцы, балкарцы).

Высокая папаха из каракуля была распространена в Осетии, Адыгее, плоскостной Чечне и редко – в горных районах Чечни, Ингушетии, Карачае и Балкарии.

В начале ХХ века вошли в моду невысокие, почти по голове, суживающиеся кверху шапки из каракуля. Их носили главным образом в городах и прилегающих к ним районах плоскостной Осетии и в Адыгее.

Папахи стоили и стоят дорого, поэтому имелись у богатых людей. У богатых людей было до 10-15 папах. Надир Хачилаев рассказывал, что купил в Дербенте папаху уникального переливающегося золотистого оттенка за полтора миллиона рублей.

После первой мировой войны на Северном Кавказе распространилась невысокая шапка (околыш 5-7 сам) с плоским донышком из ткани. Околыш делали из курпея или каракуля. Донышко, выкроенное из одного куска ткани, находилось на уровне верхней линии околыша и пришивалось к нему.

Такую шапку называли кубанкой – впервые ее стали носить в Кубанскойм казачьем войске. А в Чечне – карабинкой, из-за ее малой высоты. У молодежи она вытеснила другие формы папах, а у старшего поколения сосуществовала с ними.

Отличие казачьих шапок от горских шапок – в их разнообразии и отсутствии стандартов. Горские шапки – стандартизированы, казачьи – основаны на духе импровизации. Каждое казачье войско в России отличалось своими шапками по качеству ткани и меха, оттенкам цвета, форме – полусферической или плоской, выделке, пришивным лентам, швам и, наконец, по манере носить те самые головные уборы.

Папахи на Кавказе очень берегли – хранили, покрывая платком. При поездке в город или на праздник в другой аул праздничную шапку везли с собой и надевали только перед въездом, снимая более простую шапку или войлочную шляпу.

Ещё относительно недавно папаху принято было считать неотъемлемым аксессуаром гордых горцев. По этому поводу даже говорили, будто этот головной убор должен находиться на голове, пока она находится на плечах. Кавказцы вкладывают в данное понятие гораздо большее содержание, чем привычная шапка, даже сравнивают её с мудрым советчиком. Папаха кавказская имеет свою историю.

Кто носит папаху?

Теперь редко кто из представителей современной молодежи Кавказа появляется в обществе в папахе. А ведь ещё каких-то несколько десятков лет до этого кавказская папаха ассоциировалась с мужеством, достоинством и честью. Прийти с непокрытой головой на кавказскую свадьбу в качестве приглашенного - это расценивалось как оскорбительное отношение к гостям торжества.

Когда-то кавказскую папаху любили и уважали все - и стар, и млад. Нередко можно было обнаружить целый арсенал папах, как говорится, на все случаи жизни: например, одни - для повседневного ношения, другие - свадебный вариант, третьи - на случай траура. В итоге гардероб насчитывал не меньше десяти разных шапок. Выкройка кавказской папахи была у жены каждого настоящего горца.

Военный головной убор

Кроме джигитов, папаху носили также казаки. У военнослужащих русской армии папаха был одним из атрибутов военной формы некоторых родов войск. Она отличалась от той, которую носили кавказцы - низкая меховая шапка, внутри которой имелась подкладка из ткани. В 1913 году невысокая папаха кавказская стала головным убором во всей царской армии.

В советской армии папаху, согласно уставу, положено было носить только полковникам, генералам и маршалам.

Обычаи кавказского народа

Было бы наивным думать, что папаха кавказская в том виде, в котором её все привыкли видеть, не изменялась в течение веков. В действительности пик её развития и наибольшего распространения приходится на окончание 19-го - начало 20-го веков. До указанного периода головы кавказцев покрывали тканевые шапки. Вообще, различали несколько видов головных уборов, которые изготовляли из следующих материалов:

  • войлок;
  • ткань;
  • совмещение меха и ткани.

Малоизвестным является тот факт, что в 18-м веке некоторое время представители обеих полов носили почти одинаковые головные уборы. Папаха казачья, папаха кавказская - эти головные уборы ценились и занимали почетное место в гардеробе мужчин.

Шапки из меха постепенно начинают доминировать, приходя на смену остальным видам этого предмета одежды. Адыги, они же черкесы, до начала 19-го века ходили в шапках из войлока. Кроме того, распространенными были остроконечные башлыки из сукна. Турецкие тюрбаны тоже со временем видоизменились - теперь уже меховые шапки обматывались белыми узкими отрезками ткани.

Аксакалы трепетно относились к своим папахам, содержали почти в стерильных условиях, каждую из них специально укутывали чистой тканью.

Традиции, связанные с этим головным убором

Обычаи народов кавказского региона обязывали каждого мужчину знать, как правильно носить папаху, в каких случаях надевать ту или иную из них. Можно привести немало примеров взаимосвязи кавказской папахи и народных традиций:

  1. Проверка того, действительно ли девушка любит парня: надо было постараться закинуть свою папаху ей в окно. Способом выражения искренних чувств по отношению к представительнице прекрасного пола служили также кавказские танцы.
  2. Романтика заканчивалась тогда, когда кто-то кому-то сбивал папаху. Такой поступок принято считать оскорбительным, он мог спровоцировать серьезный инцидент с очень неприятными для кого-то последствиями. Папаха кавказская уважалась, и ее нельзя было просто так срывать с головы.
  3. Человек мог оставить где-нибудь по забывчивости свою шапку, но не дай Бог кто-то её тронет!
  4. Во время спора темпераментный кавказец снимал папаху со своей головы, и разгорячено бросал её возле себя на землю. Это могло означать только то, что мужчина убежден в своей правоте и готов ответить за свои слова!
  5. Чуть ли не единственный и очень действенный поступок, который способен остановить кровопролитное сражение горячих джигитов - это брошенный у их ног платок какой-нибудь красавицы.
  6. О чём бы ни просил мужчина, ничто не должно вынудить к тому, чтобы снять свою папаху. Исключительный случай - простить кровную месть.

Кавказская папаха в наши дни

Традиция носить кавказскую папаху с годами отходит в небытие. Теперь придется отправиться в какое-нибудь горное село, чтобы убедиться, что она всё-таки окончательно не забыта. Может, и повезёт увидеть её на голове местного молодого человека, который решил пощеголять.

И в среде советской интеллигенции встречались представители кавказских народов, которые чтили традиции и обычаи своих отцов и дедов. Ярким примером может служить чеченец Махмуд Эсамбаев - народный артист СССР, знаменитый балетмейстер, хореограф и актер. Где бы он ни был, даже на приёмах у руководителей страны гордого кавказца видели в его папахе-короне. Существует не то быль, не то легенда, якобы Генеральный секретарь Л. И. Брежнев начинал заседание Верховного Совета СССР только лишь после того, как среди делегатов находил глазами папаху Махмуда.

Можно по-разному относиться к ношению кавказской папахи. Но, вне всяких сомнений, должна оставаться незыблемой следующая истина. Этот головной убор народов тесно связан с историей гордых кавказцев, традициями и обычаями дедов-прадедов, которые каждый современник должен свято чтить и уважать! Кавказская папаха на Кавказе - больше чем головный убор!